Элен, преподававшая английскую литературу уже три десятилетия, всегда считала себя человеком строгих правил. Её мир состоял из чётких семестровых планов, проверенных временем учебников и вечеров с чашкой эрл грей. Всё изменилось с приходом нового сотрудника, Лео. Ему едва исполнилось тридцать, и он преподавал современный цифровой нарратив — предмет, в котором она мало что понимала.
Сначала это было лишь любопытство. Она ловила себя на том, что задерживалась в учительской, если там был он, подслушивая его оживлённые споры с молодыми преподавателями о вещах, казавшихся ей пустой тратой времени. Его смех, слишком громкий для этих стен, сначала раздражал, а потом стал звучать в её мыслях, когда она возвращалась в свою тихую квартиру. Она начала искать его имя в списках конференций, незаметно просматривала его академический профиль в сети.
Острый интерес медленно перерос во что-то навязчивое. Она стала отмечать его расписание, «случайно» оказываясь в том же коридоре в нужное время. Однажды она провела весь вечер, разглядывая размытую фотографию с корпоративного пикника на его странице, пытаясь разгадать улыбку девушки рядом с ним. Разум твердил о нелепости, но ноги сами несли её мимо его кабинета, а сердце бешено колотилось, если она слышала его голос.
Ситуация осложнилась, когда она, пользуясь своим служебным положением, получила доступ к его электронной почте для «проверки учебного процесса». Сухие рабочие переписки стали для неё романом, который она читала тайком. Она узнала, что он планирует сменить работу. Паника, острая и иррациональная, охватила её. Мир, в который она так незаметно вплела его существование, грозился рухнуть.
Последней капкой стало анонимное письмо. Используя знания, почерпнутые из его переписки, она написала декану о «сомнительных методах преподавания» Лео, надеясь сорвать его планы по переходу в другой университет. Она не предвидела, что расследование коснётся и системного доступа к почте. Технический специалист нашёл следы. Теперь на столе у ректора лежал доклад с двумя фамилиями. Её безупречная репутация, выстраиваемая полвека, и его карьера висели на волоске из-за её одержимости, тихой и разрушительной, как червь в яблоке.
